?

Log in

No account? Create an account
Тайна коллекции Элия Белютина - Lika
Август 1, 2012
12:05 pm

[Ссылка]

Previous Entry Поделиться Next Entry
Тайна коллекции Элия Белютина
Главные герои этой полудетективной, полуфантастической истории - Элий Белютин, художник-авангардист, учившийся живописи у Павла Кузнецова, Александра Лентулова и Льва Бруни, организатор знаменитой выставки в Манеже, которую разгромил Хрущев. И Нина Молева - его жена, известный искусствовед. Мое внимание к ним привлекла не столько их профессиональная дейтельность, сколько потрясающая, невероятная коллекция западноевропейского искусства XV - XVIII веков, хранящаяся в их московской квартире. И все перепетии с этой коллекцией связанные.

Ван Дейк, Эль Греко, Рубенс, Тициан... По словам Нины Молевой, французский аукционный дом оценил их коллекцию по стартовой цене в 400 миллионов долларов. Но откуда взялись все эти картины, действительно ли это фамильные ценности, сберегаемые 150 лет и сохранившиеся в целости даже при советской власти? И почему в рассказах об Элии Белютине столько противоречий?


Не был ли он всего лишь великим мистификатором, как заявлено в некрологе "Коммерсанта"?

Сам художник скончался в феврале этого года. Будущая судьба его коллекции неясна, известно только, что Нина Молева передала в дар разным провинциальным музеям несколько полотен самого Белютина. С московским правительством, о скандале с которым рассказано ниже, она так и не договорилась. Ознакомиться с сокровищами, которые она хранит, можно по ее великолепной книге "В саду времен. 150 лет фамильной коллекции Элия Белютина", щедро иллюстрированной фотографиями: http://www.modernlib.ru/books/moleva_nina/v_sadu_vremen/read_1/

А я представлю вашему вниманию две статьи с диаметрально противоположными взглядами на эту историю. И задам еще несколько вопросов в конце. Ответов у меня нет.

Первая статья - сочувственная, была опубликована, по-видимому, в 2002 в "Московских новостях", но на сайте газеты не сохранилась. Вторая - необычайно критический некролог, напечатанный в "Коммерсанте" в этом году, через пару дней после смерти художника. Обе статьи читаются очень увлекательно. Выводы делайте сами.


Москве не нужен Эль Греко

Чиновники могут лишить город уникальной художественной коллекции

За последние годы многие из знаменитых частных коллекций России распроданы, вывезены из страны. Не исключено, что такая же участь ждет коллекцию Нины Молевой и Элия Белютина, которые хотели завещать её Москве

Нина Молева и Элий Белютин хотят открыть свою коллекцию людям, превратив её в частный музей. Еще они хотят завещать эту коллекцию городу, в котором прожили всю жизнь. Однако задача оказалась неразрешимой.

Завтрак в музее

О том, что в старой московской квартире в самом центре Москвы, в которой живет художник Элий Белютин и его жена, искусствовед, историк и литератор Нина Молева, обитает еще и потрясающая коллекция западноевропейского искусства XV - XVII веков, слышали многие. Но видели её немногие.

Мы с Ниной Михайловной идем из гостиной в столовую. На стенах - Эль Греко, Пуссен, Йорданс... "Здесь, обратите внимание, эскиз Рубенса к картине, которая хранится в Пушкинском, - рассказывает она. - Рядом, посмотрите, портрет работы Ван Дейка. А это Мурильо".

Меня усаживают за стол напротив работ Эль Греко и Тициана, предлагают кофе. Фантастика, думаю про себя, замечая трещины у потолка прямо над картинами.

"Многое, что происходило и происходит с этой коллекцией и собиравшими её людьми, похоже на фантастику", - словно читая мои мысли, говорит хозяйка квартиры.


Семейные истории

Коллекцию начал собирать 137 лет назад дед её мужа, художник московской конторы императорских театров Иван Егорович Гринев. Как исполнитель декораций в Большом и Малом театрах он получал большие деньги и ездил в Европу на аукционы. Для своей коллекции он и дом построил во Втором Красносельском переулке - была мечта, чтобы и у него был музей, как, например, у купца Щукина. Тот в своем особняке в Большом Знаменском каждое воскресенье самолично встречал всех желающих и показывал им свое собрание.

Опоздал дед: шел 14-й год, подоспел и 17-й. Человек он был умный, а потому коллекцию спрятал на чердаке - картины были навернуты на валы, укрыты рогожами и завалены мусором. Так и пролежали до 49-го года. В 19-м коллекционер умер от сыпняка, оставив на этом свете жену, бывшую княжну Марию Курбатову, которая была почти на сорок лет моложе его, и дочь. Когда его увозили в сыпной барак, он просил жену, если не будет крайней нужды, сохранить коллекцию.

- Что вы думаете? Они прожили всю жизнь, не продав ни единой вещи, - сообщает мне Нина Михайловна. - Мария Никитична дожила до 98 лет.

В 21-м дочь Марии Курбатовой выскочила замуж за итальянца. Вокруг разруха, голод, а тут - муж-итальянец по имени Микеле, сын известного оперного дирижера Паоло Стефано Белуччи, который, узнав о рождении внука и о коллекции его новой семьи, присылает в далекую непонятную Россию - что бы вы думали? - "Мадонну с младенцем и Иоанном Крестителем" кисти Джованни Батиста. Микеле, превратившийся в России в Михаила Белютина, оказался талантливым литератором, немало зарабатывал и тоже заразился семейной страстью: на аукционах по распродаже конфискованного из царских дворцов добра приобрел, например, картины Веронезе и Тициана. Но в 27-м к ним домой пришли люди в кожанках, увели его в соседний двор и расстреляли. Потом вернулись и сказали жене, что завтра она может получить тело мужа в морге. Два следующих года, говорит Нина Михайловна, её будущая свекровь провела в клинике в нервной горячке.

Коллекция пережила на чердаке и войну, и бомбежки. Среди защищавших тогда Москву от фашистов был и 16-летний мальчик, названный по желанию итальянского деда-дирижера Элигием - в честь святого, покровителя ремесленников и художников (для родных - Элик). На фронте ему прострелили легкие, там он заработал газовую гангрену левой руки, но остался в живых и стал художником. Когда он встретил свою будущую жену Нину и впервые увидел квартиру её родителей в старомосковском доме с европейской мебелью XVI- XVIII веков, собранной дедом Нины, царским генералом, то был поражен. Она была создана для того, чтобы разместить здесь коллекцию, начатую его дедом!

Как удалось уберечь коллекцию от разорения в те пусть оттепельные, но далеко не безоблачные годы? Может быть, спасло то, что у них в гостях бывали известные люди, такие, как Тамм и Капица. Или то, что семья одаривала советские музеи: "Кусково" подарили обстановку целой комнаты, "Останкино" - портрет Бортнянского кисти Брюллова, Третьяковке - 14 картин... В своей музейной квартире Нина Михайловна и Элий Михайлович спокойно дожили до начала 90-х, когда в России вновь заговорили о частной собственности, а они задумались о создании частного музея и решили оценить свои сокровища.

Экспертиза

Они пригласили к себе экспертов французского аукционного дома "Отель Друо". Те провели в квартире неделю, взяли за работу 10 тысяч долларов и оставили супругам простыни заключений по каждому предмету коллекции. Авторство всех ценностей было подтверждено. Стоимость собрания тоже была названа, - исходя из стартовых аукционных цен, 400 млн. долларов. А потом закончилась фантастика. И начался детектив.

Хитрая квартира

Летом 93-го "Центрнаучфильм" снимал у них фильм "История одной коллекции". Съемки закончились, они с мужем должны были уже улететь в Италию, но с загранпаспортами вышла задержка, и они сидели дома и пили чай. И вдруг раздался страшный грохот, потолок стал лопаться.

"Я помчалась наверх, там была коммуналка, позвонила (звонок не работал) и со всего маху ударила в дверь. Дверь открылась. В квартире - ни одной перегородки, пол весь поднят, в межэтажном перекрытии выпилены пять балок, около этой дыры стоит электрический подъемник с тросами и крюками, рядом - несколько человек в камуфляже, а на подоконнике лежит каталог нашей коллекции, изданный в Италии. Стало страшно". Она кинулась звонить в соседние квартиры. Потом набрала номер Краснопресненского райсовета, которым тогда ведал Краснов. Он приехал через 15 минут, привез с собой начальника РУВД и районного прокурора. Людей в верхней квартире уже не было - кто бы рискнул их задерживать?
Потом приехали люди из МУРа и ФСБ и заколотили крест-накрест дверь разломанной квартиры. А вечером к ним пришел некий Геннадий Гройсман, гражданин Канады и руководитель СП "Сватстрой", занимающийся, как сообщил гость, реставрацией Кремля. Он объяснил, что квартиру наверху купил он, хотя и на другое имя (как выяснилось позже, на имя некоего С. Буденкевича). И предложил сделку - он вывозит их коллекцию на Запад, продает и рассчитывается из расчета 50 на 50. Или продает им свою разломанную квартиру за 120 тысяч долларов - потолка-то у них теперь считай что нет.

Тому господину они предложили убраться. Но как теперь здесь жить? Им опять взялся помочь Краснов: в августе 93-го он написал о бедственном положении коллекции председателю Верховного совета Хасбулатову. От него письмо переслали мэру Москвы.

Визит

Потом в столице была пальба, и Юрий Лужков появился в их квартире только в ноябре. Вместо обещанных 40 минут он провел здесь три часа, осмотрел каждую картину. Нина Михайловна рассказала ему о желании своем и мужа превратить квартиру в частный музей, наподобие тех, что существовали до революции, сделать его бесплатным и открыть для всех, а впоследствии завещать городу.

А вскоре после этого разговора в их квартиру (хозяйка опять оказалась дома одна) пришли три московских чиновника: начальник государственно-правового управления мэрии Донцов, председатель комитета по культуре Бугаев и один из его замов.

Чиновники требуют долю?

Они выложили перед хозяйкой проект договора об их с мужем совместной деятельности с правительством Москвы, после выполнения которого и должен был появиться на свет желанный музей. Текст этого документа Нину Молеву глубоко поразил: "Из него следовало, что все наше имущество подлежит немедленной описи и мы больше не имеем права ничего с ним делать. И что музей будет организован только после того, как мы напишем завещание в пользу Москвы". Но больше всего Нину Михайловну потрясло другое. "После надлежащего исполнения сторонами своих обязанностей, - говорилось в бумаге, - музей становится совместной собственностью граждан Белютина и Молевой и правительства Москвы" (выделено ред.). Она не поверила своим глазам. Неужели им предлагают подарить свою коллекцию чиновникам?

Надо сказать, что столичных чиновников Нина Молева знает давно и даже успешно борется за спасение от них московских памятников. Поэтому она сказала гостям, что у нее слабые очки, а сильные - в другой комнате, и ушла вглубь квартиры, прихватив с собой бумагу, где её и спрятала.

Г-н Донцов не ожидал такого поворота сюжета:

- А я слышал, что вы интеллигентная женщина. Значит, не согласны? Тогда верните документ
- Не верну
- Вы обязаны его вернуть
- Не обязана

Ситуация, по словам Нины Михайловны, была неуютной, но чиновники ушли ни с чем.

А коллекционеры остались - под грозившими обвалиться в любой момент потолками (в коридоре, ванной и туалете они обрушились очень скоро) и мучившим их вопросом: может быть, градоначальник не понял, что они хотели открыть в Москве первый частный художественный музей c коллекцией мирового уровня? С разделом истории семьи, собравшей и хранившей коллекцию почти полтора века. Что сами готовы составить экспозицию. Что музей будет подарком Москве и перейдет городу целиком после их смерти - по завещанию. Может быть, все извратили чиновники, готовившие ту проклятую бумагу? Спросить об этом самого мэра не удалось - Юрий Лужков с тех пор ни разу не согласился принять их для личного разговора.

Шантаж

Между тем, чтобы спасти их квартиру, необходим проект восстановления одновременно сразу двух квартир - их и до сих пор раскуроченной верхней. Такой ремонт очень дорог, но пострадавшие давно предлагают сделать его за свой счет. Понятно, что заниматься этим с "чужой территории" было бы просто нереально. Приобрести разрушенную квартиру они предлагали чиновникам еще в 95-м году. (Тем более что те уверяли: город её у неведомого г-на Буденкевича выкупил).

И чиновники после долгих переговоров пошли им навстречу. В мае 1996-го семья получила официальную бумагу из департамента муниципального жилья. В ней сообщалось, что вопрос о продаже квартиры рассмотрен на заседании правительства Москвы. Принято решение "о продаже вам вышеуказанной квартиры по цене 246 437 049 рублей при условии постановки коллекции на государственный учет и подписания договора дарения произведений искусства г. Москве" (выделено ред.).

- Вот вы, журналист, объясните мне, как при продаже жилья можно ставить такие условия? - спрашивает Нина Молева.

Невозможно объяснить не только это. Почему, например, трижды закрывались начатые районным прокурором уголовные дела о порче их квартиры? Или почему на коммунальных счетах хитрой квартиры, которые регулярно находили соседи, и в 1996-м, и в 1999-м её владельцем все еще значился Буденкевич? Чем же тогда торговали московские чиновники - чужим добром?

Завещание

Если верхнюю квартиру коллекционерам не продают, то почему не сдать им её в аренду на 5-10 лет? "Тогда мы за свой счет проведем ремонт и откроем музей, - объясняет Нина Молева. - Мы просто хотим, чтобы люди это видели. И ничего не требуем на содержание. С кем мы только об этом не говорили. В ответ - молчание".

Девять лет обладатели бесценной коллекции живут без ванной. В туалете и коридоре пришлось устроить низкие деревянные потолки. За ними, говорит хозяйка квартиры, виден верхний этаж.

- Вы бы согласились жить в таких условиях?- спрашивает Нина Михайловна.
- И завещать коллекцию городу, в котором тебя принуждают так жить? - заканчиваю её риторический вопрос.

Она отвечает устало: "Я все время думаю о тех, кто стоит за нами, кто уже ушел. Они говорили, что все это для людей. И мы больше всего боимся, что коллекция разойдется по рукам "новых русских". У мужа есть долг перед его предками, у меня - перед моими. Но если не будет музея, не будет и никакого завещания Москве. Подарим свою коллекцию России. А если нас окончательно загонят в угол - родственникам. Это не кому-то назло. Просто нет смысла".

Частные коллекции в России

Кто они, владельцы частных художественных собраний, и кому до них есть дело? Об участи коллекционера в современной России размышляют: эксперт одной из ведущих столичных антикварных фирм, пожелавший остаться неназванным (1) и Ник Ильин, представитель Музея Гуггенхайма в Европе (2):

1. - Никто не может назвать число частных российских коллекций. Еще в советские времена комитеты по культуре Москвы и Ленинграда попытались заняться учетом частных собраний. Конечно, только с разрешения их владельцев, которым постановка коллекций на государственный учет давала солидные льготы. Например, владелец коллекции мог получить благоустроенную квартиру, приобретал право на внеочередную установку телефона, его жилье ставили на специальную охрану.

Сегодня этих льгот нет, как нет и большинства старых частных коллекций. Раньше их собирали, как правило, люди науки и искусства, получавшие высокие гонорары, премии, академические и профессорские зарплаты. Это были истинные коллекционеры, жили они зачастую весьма скромно, все деньги вкладывая в пополнение своих собраний, прекрасно разбираясь в качестве вещей и зная им цену. Частные коллекции были открыты для специалистов и музейщиков. Их владельцы охотно предоставляли свои вещи на выставки. Экспозиции из частных коллекций демонстрировались в Академии художеств, в музеях Москвы и Ленинграда.

В конце 80-х годов эти люди фактически разорились. Большинство из них были уже очень немолоды, и, чтобы сносно жить в новых условиях, им пришлось многое продать. А наследникам, к которым перешли непроданные сокровища, нужны были роскошные загородные дома, они хотели учить детей за границей... Поэтому они тоже стали продавать коллекции. Нынешние скупщики свои собрания не афишируют. Как, впрочем, и крупные банки, компании, которые создают свои корпоративные коллекции. К тому же приобретение художественных ценностей - идеальная возможность легализовать скрытые денежные средства. Новый владелец вещи, купив её у коллекционера без всякого официального оформления, мог позже легко выдать её за старое наследство.

В 90-е годы наблюдался бум коллекционирования. За небольшие деньги продавались очень хорошие вещи: прежние владельцы не представляли реальной стоимости своих сокровищ. 90-е годы - время формирования новых частных коллекций. Для их владельцев это было удачным вложением капитала. Нынешние коллекционеры собирают русское искусство. Коллекционирование для них - возможность заработать в обществе имидж просвещенного, интеллигентного человека. Нынешние коллекционеры обеспечивают своим собраниям надежную охрану, они в состоянии нанять хороших реставраторов. И если кто-то надумает что-то продать, он будет делать это на аукционе с широкой рекламой. Новые коллекции еще только собираются. Наверное, лишь дети нынешних владельцев по-настоящему оценят накопленные раритеты. Тогда появится и желание показать их обществу.

2. - Мне знакомо старое поколение коллекционеров - Шустер, Костаки, Чудновский, Голод, Рубинштейн, Санович, Безобразов... Появились и новые - Авен, Еремин, Кривошеев, Перченко, Кантор, Смоленский... Главная болезнь российских коллекционеров - нежелание показывать свои богатства. Они боятся, что их ограбят или государство задушит налогами. Свои коллекции они не страхуют и не хотят регистрировать их в Министерстве культуры, полагая, что это ограничит их свободу владения коллекцией.

Но и российское законодательство не поощряет частных коллекционеров. Если, например, человек приобрел вещь на Западе, при ввозе её на родину он должен заплатить двадцать процентов налога. Сумма явно завышенная. Во Франции, например, она составляет пять с половиной процентов, а в Швейцарии и Англии - семь с половиной.

Так же сложно российскому коллекционеру вывезти собственную вещь за границу, если ей больше пятидесяти лет. Это делается только с разрешения Министерства культуры. Но кто там это решает и чем руководствуется? Такая практика ведет к тому, что владельцы вещей вынуждены прибегать к нелегальной продаже, тогда как государству было бы разумнее брать за вывоз вещей определенный налог, а не терять деньги и саму вещь.

Главный вопрос, который государство так и не решило, - это создание условий для спонсорства и меценатства. На Западе коллекционер, подаривший обществу художественные ценности, получает солидные налоговые льготы. В России этого нет.

Вопрос ставится: баш на баш

Что мешает появлению в Москве частного музея мирового уровня? Почему в столице до сих пор не создан музей частной коллекции Белютина и Молевой? Ситуацию согласился прокомментировать первый заместитель председателя Комитета по культуре правительства Москвы Александр Лазарев:

- Несколько лет назад Молева и Белютин хотели создать музей, но потом от этой идеи отказались. Если проблема в чиновниках, то я как чиновник готов с ними встретиться.

Сейчас уже сложно вспомнить, что именно они предлагали, - прошло несколько лет. Тогда возникли сложности, были проблемы с квартирой над ними. Они хотели подписать дарственную городу - и не подписали. Этот вопрос решался в 1995 году или даже еще раньше, в 1994-м. Обсуждался такой вариант: город дарит им квартиру. Но, по-моему, владельцы коллекции не нашли общего языка с департаментом жилья и с юристами мэрии: надо было решать вопрос на законных основаниях, путем подписания дарственной, и только тогда город мог подарить им квартиру. Но для этого нужно было, чтобы и они что-то подарили или завещали городу. Вопрос ставился, уж извините, баш на баш. Вот Глазунов подарил свои картины, и ему дали помещение. Шилов подарил - тоже получил помещение.

А у Белютина и Молевой проблема была в том, что вопрос собственности на ту квартиру, где они хотели размещать коллекцию, и вопрос юридического оформления статуса этой коллекции не решались. Например, раз они создают музей на базе городской жилищной собственности, надо было переводить квартиру из жилого фонда в нежилой. Но, честно говоря, прошло столько лет, что подробности стерлись.

И с нами, и с искусствоведами проблем нет: коллекция хорошая. Загвоздка не в нашем департаменте и не в наших чиновниках. Я имею в виду чиновников от культуры. Потому что создание еще одного музея в Москве - это нам, комитету культуры, плюс. Тем более что денег на этот музей, насколько я помню, Белютин и Молева не просили.

Почему бы вам не провести "круглый стол", созвать юристов, специалистов в этой области? Лично я оказался бы на стороне Нины Молевой. Я как чиновник не могу критиковать другое подразделение мэрии. А вы можете, вы - пресса. Соберите общественность. Давайте реанимируем вопрос.

Самое главное - картины же висят, они есть. Кстати говоря, семья периодически знакомит с ними гостей столицы. В их доме бывают самые разные делегации, их любезно принимают. Картины работают, а вот как превратить коллекцию в общедоступный музей? Тут есть свои законы жанра.

Наталья Давыдова

http://www.pseudology.org/people/BeliutinMoleva.htm



А продолжение этой истории с развенчанием главного героя читайте в следующем посте.

Tags:

(4 комментария | Оставить комментарий)

Comments
 
[User Picture]
From:livejournal
Date:Март 1, 2013 04:10 pm

ОБ ЭЛИИ БЕЛЮТИНЕ И ЕГО (НАШЕМ) ВРЕМЕНИ

(Link)
Пользователь such_a_man сослался на вашу запись в записи «ОБ ЭЛИИ БЕЛЮТИНЕ И ЕГО (НАШЕМ) ВРЕМЕНИ» в контексте: [...] о нем в Вики, есть отдельная статья [...]
[User Picture]
From:talleros
Date:Январь 24, 2015 12:33 pm
(Link)
Глазунов и Шилов подарили! Особенно Шилов! :)))
Они подарили своё искусство - но это смешно! Эти высококлассные ремесленники жаждут мировой славы! Вот так.
From:(Anonymous)
Date:Июль 29, 2017 04:46 am

Test, just a test

(Link)
Hello. And Bye.
From:(Anonymous)
Date:Август 5, 2017 11:48 pm

PT. Indo Logistics Express - Exprerience the Difference!

(Link)
PT. Indo Logistics Express globally known for our ability to handle every last detail of our customers particular logistics and forwarding needs, Our Special Services team takes care of all your logistics.

As one of the leading privately owned logistics and supply chain management service providers, PT. Indo Logistics Express focuses on providing secure, innovative and cost effective solutions for our customers. Our mission is to help your company gain a competitive advantage by adding value to every step of your supply chain. In keeping with our mission of meeting and exceeding our customers’ expectations, we deliver a unique partnership to our customers; “One Company, Many Solutions”. As the logistics industry changes and larger companies consolidate to multinational, “mega-providers”, we’ve taken a different approach, truly listening to our customers’ needs and building solutions to fit those needs while maintaining the personal touch that is critical to a lasting partnership. You can rely on PT. Indo Logistics Express as a partner who brings strong dedicated support, financial stability and the ability to deliver cost competitive solutions to help your company achieve its goals.
Разработано LiveJournal.com